Политика страха создаёт опасный раскол в мире

Политика страха создаёт опасный раскол в мире

Жижек Славой Политика страха Преобладающей сегодня формой политики является постполитическая биополитика — впечатляющий пример теоретического жаргона, расшифровать который, однако, не составляет большого труда: Ясно, как эти два измерения пересекаются: То есть при деполитизированном, социально объективном, экспертном управлении и координации интересов, выступающем в качестве нулевого уровня политики, единственным средством внесения страсти в эту область, дабы активно мобилизовать людей, служит страх, основной элемент сегодняшней субъективности. Поэтому биополитика — это, в конечном счете, политика страха; она сосредоточена на защите от потенциального превращения в жертву или домогательства. Это и отличает радикальную освободительную политику от нашего политического . Речь здесь идет не о различии между двумя видениями или наборами аксиом, а скорее о различии между политикой, основанной на ряде универсальных аксиом, и политикой, которая отказывается от самого конститутивного измерения политического, обращаясь к страху как к своему основному мобилизующему принципу: Политкорректность — это образцовая либеральная форма политики страха. Такая пост политика всегда основывается на манипулировании паранойяльным охлосом, или массой:

Актуальный Комментарий

Юлий Андреевич, каждый день приносит новые известия о различных инициативах депутатов Госдумы по ужесточению внутренней политики в стране. Причем все эти инициативы явно спущены сверху. Как вы воспринимаете обилие таких новостей в последнее время?

"Появилась политика страха и обиды. Эта политика продвигается такими темпами, которые несколько лет назад показались бы.

В последние дни во множестве писем и комментариев меня спрашивали, почему в своих постах в Фейсбуке и твитах я преуменьшаю угрозу, исходящую от Трампа? Почему я против сравнений с Гитлером и нацистами и почему я подчеркиваю преемственность между Трампом и предыдущими президентами-республиканцами, настаивая на том, что надо обратить пристальное внимание на раскол внутри его коалиции? Теперь, конечно, что бы я ни сказал, это будет воспринято как недооценка угрозы; но мои твиты и комментарии были нацелены на то, чтобы разглядеть эту угрозу более отчетливо хотя, разумеется, именно с моей точки зрения.

Для меня мои посты и твиты — это в первую и во вторую очередь подготовительные маневры; и я хотел бы верить, что такие маневры наделяют нас некоторым преимуществом в оценке текущей ситуации. Но позвольте мне в своем ответе не заострять внимание на придирках, а просто принять прозвучавшую критику к сведению. Я мог бы привести много ученых, интеллектуальных, научных аргументов в пользу того, что я уже сказал о Трампе; и вы, наверняка, их знаете, как и то, что все они актуальны и важны.

Но, признаюсь, есть еще что-то глубоко во мне: Политика страха — сложный термин я много рассуждаю о нем в моей первой книге , так что приношу извинения, если здесь я приведу лишь усеченный, упрощенный вариант его истолкования. Политика страха — это не просто политика, которая ссылается на угрозы или прибегает к угрозам, реальным или мнимым. Это не эмоциональная хотя какая политика не эмоциональна?

Против политики страха

В своей книге"Искусство страха" историк Патрик Бушрон и политолог Кори Робен рассматривают применение страха в политике. События, которые потрясли Францию и Европу в последнем квартале прошлого года, самым что ни на есть наглядным образом показали, что страх — в высшей степени политическое чувство: Книга"Искусство страха" позволяет более рациональным образом проанализировать разгул эмоций и страстей, который нам довелось наблюдать.

Это при том, что беседа французского историка Патрика Бушрона с американским политологом Кори Робином прошла намного раньше, пусть ее и дополнили постскриптумом, посвященным терактам января года.

Техника безопасности: политика страха как инструмент управления. Напечатать. Владимир Малахов. Безопасность бывает государственной.

Главная страница Политика Европейские политики инициируют политику страха перед Турцией. Откажется ли Европа от своей рациональности из-за этой политики? В Европе с середины х наблюдается глубокий кризис идентичности в отношении Турции. После года начался новый этап. Чувство непринятия Реджепа Тайипа Эрдогана впоследствии приобрело форму страха. Причиной его появления отчасти стали внутренние разногласия и трудности в Европе. Экономический кризис года, крах либеральной политики, ошибки глобализации, растущий авторитет крайних правых привели к совершенно неверному восприятию Турции.

Политические события в Турции ускорили этот процесс. Политическая трансформация и растущая институционализация не были восприняты в европейских столицах.

Европейская политика страха перед Турцией

Европейская политика страха перед Турцией 29 июл в Откажется ли Европа от своей рациональности из-за этой политики? В Европе с середины х наблюдается глубокий кризис идентичности в отношении Турции. После года начался новый этап. Чувство непринятия Реджепа Тайипа Эрдогана впоследствии приобрело форму страха. Причиной его появления отчасти стали внутренние разногласия и трудности в Европе.

Германия пробуждается В Мюнхене протестовали против"политики страха" и популизма. Мир. ФОКУС.

В своей книге"Искусство страха" историк Патрик Бушрон и политолог Кори Робен рассматривают применение страха в политике. События, которые потрясли Францию и Европу в последнем квартале прошлого года, самым что ни на есть наглядным образом показали, что страх — в высшей степени политическое чувство: Книга"Искусство страха" позволяет более рациональным образом проанализировать разгул эмоций и страстей, который нам довелось наблюдать.

Это при том, что беседа французского историка Патрика Бушрона с американским политологом Кори Робином прошла намного раньше, пусть ее и дополнили постскриптумом, посвященным терактам января года. Разговор состоялся в ноябре года в Лионе в рамках фестиваля"Инструкция". Год спустя ее посыл лишь подкрепляется произошедшими вокруг нас событиями. Книга представляет себя в качества размышления о"месте страха в управлении обществом".

Р. Легволд. Американский взгляд на российскую внешнюю политику: страхи и фантазии

Почтительный трепет Давным-давно Лактанций[24]сказал: Поэтому следует подробнее проанализировать связь страха с властью, политическим влиянием и религией, чем я сейчас и займусь. Прототипом власти вообще является патриархальное господство, породившее сложнейшую систему страхов. Уважение неотделимо от понятия власти. Толковый словарь Коваррубьяса дает ему следующее определение:

Рассматривая страх как инструмент политического управления, автор выявляет особенности использования политического страха в политике давления.

Но почему же сделал именно так? Но ведь репрессии репрессиям рознь: Решение этой задачи требует от властей гораздо более изощренных средств, нежели одно лишь грубое подавление тех, чьей поддержки режим все равно уже лишился возможно, что и навсегда. Не случайно, например, один из следователей, ведущих дело о массовых беспорядках во время протестов 6 мая на Болотной площади, признавался адвокату, что выбор правоохранительными органами тех жертв, против которых были возбуждены уголовные дела, проводился сознательно среди представителей разных социальных групп с тем, чтобы дать понять реальным или потенциальным протестующим: Политика страха выглядит как оправданная стратегия и по другой причине.

Российский авторитаризм в прежние годы не был жестко репрессивным. Составленный оппозицией после московских митингов в феврале года список политзаключенных включал в себя лишь 39 имен — невиданно низкий показатель по мировым меркам диктатур. В этой ситуации мгновенный переход режима к массовым репрессиям оказывается затруднен.

Поэтому российские лидеры — по крайней мере, пока — вынуждены прибегать к селективным провокациям. Неудивительно, что и нынешние лидеры страны идут по пути, привычному для них со времен молодости.

Страх политики и политика страха

Катрин Кикюши События, которые потрясли Францию и Европу в последнем квартале прошлого года, самым что ни на есть наглядным образом показали, что страх — в высшей степени политическое чувство: Это при том, что беседа французского историка Патрика Бушрона с американским политологом Кори Робином прошла намного раньше, пусть ее и дополнили постскриптумом, посвященным терактам января года.

Год спустя ее посыл лишь подкрепляется произошедшими вокруг нас событиями. Отправной постулат предельно прост: Вопрос не в том, используется ли страх, а в том, как и с какой целью. Политолог Рено Пейр представляет дискуссию историка и специалиста по Средневековью Патрика Бушрона его недавно избрали в Коллеж де Франс с американским экспертом по политическим наукам Кори Робином.

"Появилась политика страха и обиды. Эта политика продвигается такими темпами, которые несколько лет назад показались бы.

21, Но почему же сделал именно так? Но ведь репрессии репрессиям рознь: Решение этой задачи требует от властей гораздо более изощренных средств, нежели одно лишь грубое подавление тех, чьей поддержки режим все равно уже лишился возможно, что и навсегда. Не случайно, например, один из следователей, ведущих дело о массовых беспорядках во время протестов 6 мая на Болотной площади, признавался адвокату, что выбор правоохранительными органами тех жертв, против которых были возбуждены уголовные дела, проводился сознательно среди представителей разных социальных групп с тем, чтобы дать понять реальным или потенциальным протестующим: Политика страха выглядит как оправданная стратегия и по другой причине.

Российский авторитаризм в прежние годы не был жестко репрессивным. Составленный оппозицией после московских митингов в феврале года список политзаключенных включал в себя лишь 39 имен — невиданно низкий показатель по мировым меркам диктатур. В этой ситуации мгновенный переход режима к массовым репрессиям оказывается затруднен. Поэтому российские лидеры — по крайней мере, пока — вынуждены прибегать к селективным провокациям.

Неудивительно, что и нынешние лидеры страны идут по пути, привычному для них со времен молодости. Но сработает ли прежняя модель политики страха и на сей раз? Ответ на этот вопрос будет зависеть от того, как именно ответит российское общество на кремлевскую политику страха.

Журнальный зал

Автократия в действии Политика страха Это были мир и политика, побудившие Монтескье взяться за пересмотр Гоббсова страха, — ревизию столь глубокую и полную, что она сформировала интеллектуальное восприятие на века. О политическом страхе более не думали, как о страсти, имеющей избирательное сродство с разумом; отныне политический страх следовало понимать как деспотический террор. В отличие от Гоббсова страха, деспотический террор лишен рациональности и не восприимчив к просвещению.

Это была непроизвольная, почти физиологическая реакция на явное насилие.

В книжном интернет-магазине «Читай-город» вы можете заказать книгу Политика страха. Что значит дискурс правых популистов (Водак Р.) по низкой.

Политика страха Почему у людей есть отношения, которые они делают к социальным вопросам, таким как благосостояние, аборт, иммиграция, права гомосексуалистов, школьная молитва и смертная казнь? Стандартные объяснения имеют отношение к своей экономической ситуации, семьям, друзьям и . Но новое исследование предлагает, чтобы люди с радикально различными социальными отношениями также отличались по определенным автоматическим ответам страха.

Политологи говорят, что работа является доказательствами, что определенные отношения обусловливаются фундаментальными чертами характера, который мог помочь объяснить, почему трудно заставить осла или слона изменять свою окраску. Вполне немного известно о физиологии ответа на угрозу, и часть этого может быть измерена простыми неразрушающими испытаниями.

Авторы сначала провели случайный телефонный обзор жителей Линкольна для нахождения некоторых, кто держал сильные политические мнения. Тогда 46 отобранных респондентов были приглашены войти в лабораторию и заполнить анкетные опросы для раскрытия черт индивидуальности и политических ценностей. Участникам тогда дали два типа испытаний для измерения физиологических ответов на угрозу. Во-первых, они были присоединены к оборудованию для измерения проводимости кожи, повышающейся с эмоциональным напряжением, когда уровень влажности в коже повышается.

Каждый участник был показан угрожающие изображения, такие как кровавое лицо, вкрапленное безвредными картинами вещей, такими как кролики, и повышение проводимости кожи в ответ на шокирующее изображение было измерено.

Порошенко: Систематические репресии превратили Крым в остров несвободы и землю страха


Comments are closed.

Жизнь вне страха не только возможна, а абсолютно достижима! Узнай как это сделать, кликни тут!